Пользовательского поиска










предыдущая главасодержаниеследующая глава

Новгородско-псковские саркофаги XI-XIII вв.

Глубоко своеобразна историческая судьба "Господина Великого Новгорода", его неоднократно проявляющаяся тяга к независимости от Киева. Так, в начале XI в. Ярослав Мудрый, сидя там князем, отказался в 1015 г. платить дань киевскому великому князю Владимиру Святославичу - своему родному отцу.

Тот факт, что полчища Батыя, во второй четверти XIII в. превратившие в развалины города Киевской, Черниговской, Рязанской и Владимиро-Суздальской земель, не дошли до Новгорода и Пскова, стал причиной того, что именно последним двум городам пришлось стать наследниками, хранителями и продолжателями русских культурных традиций в самый тяжелый для Руси период татаро-монгольского ига. Вклад Новгородской и Псковской земель в историю русского искусства трудно переоценить. Этот вклад отмечен неповторимым своеобразием новгородских и псковских вкусов, отличающихся суровой простотой, драматизмом и нелюбовью к изысканной декоративности, а также развитием местных видов и форм искусства.

Из мемориальных памятников до нас дошло несколько гробниц новгородских князей, архиепископов и посадников, из тех, кто был погребен в новгородском Софийском соборе и в Георгиевском соборе Юрьева монастыря. Хотя, по свидетельству старых и современных новгородских историков (См.: Архимандрит Макарий, Описание новгородского общежительного Юрьева монастыря, М., 1858; Ю. И. Никитина, указ. соч., стр. 29), в обоих соборах было много десятков погребений, до сегодняшнего дня сохранились лишь единичные гробницы.

Одним из самых древних саркофагов, поражающих лаконичностью форм, размерами и видом, является саркофаг середины XI в., находящийся у южной стены Богородице-Рождественского придела Новгородской Софии, в котором, по преданию, был в 1052 г. погребен строитель Софийского собора князь Владимир Ярославич (сын Ярослава Мудрого). Саркофаг (без крышки) высечен из цельного монолита темно-красного мрамора с желтоватыми прожилками, похожего по расцветке на старинную парчу (По данным академика А. Е. Ферсмана, красный мрамор с желтыми и бурыми прожилками исстари добывался в Крыму. Возможно, что данная гробница также создана из мрамора крымского месторождения (см.: А. Е. Ферсман, Очерки по истории камня, т. 1, М., 1954, стр. 337)); он отлично отполирован снаружи, благодаря чему сам материал способствует эстетическому впечатлению торжественности, красоты и богатства, но он не имеет ни надписей, ни рельефов. Последнее обстоятельство ярко свидетельствует о понимании красоты самого камня, ибо резьба по пестрому материалу была бы художественно неубедительной.

Остальные древние гробницы Новгорода, относящиеся к XII-XIII вв., из числа найденных в раскопе Мартириевской паперти Софийского собора, а также в Георгиевском соборе Юрьева монастыря и церкви Благовещения в Аркажах, представляют собой простые прямоугольные каменные ящики, покрытые плоскими крышками, либо - реже - со слегка закругленным покатым сводом. Такие гробницы есть и в Георгиевском соборе, где в южной части подцерковья были открыты погребения матери великого князя Александра Невского княгини Феодосии (1244) и его брата Федора (1233).

Гробницы с покатыми крышками имеются и в алтаре нижней церкви Троицкого собора в Пскове. В отличие от них в XIV в. в Новгороде появляются гробницы ладьеобразной формы, каменные, долбленые, с расширяющимися примерно на середине, словно раздутыми, боками. Нигде, кроме Новгорода, таких саркофагов видеть не приходилось. Думается, что это характерно для Новгорода поры его расцвета, с его постоянными связями с Западом, с воспоминаниями об обычаях предков, соседствовавших с варягами. Известно, что у древних славян был обычай сжигать покойника в ладье.

Еще ранее древние викинги зажигали погребальную ладью, затем отталкивали ее от берега, так как это обозначало, что усопший "отплывает" в страну мертвых (См.: А. Я. Гуревич, Походы викингов, М., 1966, стр. 156).

Несколько таких полуразбитых каменных гробниц хранится в церкви Благовещения в Аркажах, а одна из них, ранее находившаяся в Софийском соборе, теперь хранится в Новгородском историко-архитектурном музее-заповеднике. Принадлежит она известному новгородскому архиепископу Василию (1331-1353) - личности весьма колоритной и типичной для Новгорода (Приходской священник Григорий Калика был избран ремесленниками Кузнечной слободы на высокий пост новгородского владыки под именем архиепископа Василия. Василий сам был иконописцем, писателем и ценителем искусства; при нем построены многие прославленные новгородские храмы, созданы лицевые рукописи со знаменитыми инициалами. В 1336 г. по его заказу исполнены в технике золотой наводки "Васильевские врата", где имеется портрет заказчика. См. о нем: Б. А. Рыбаков, Ремесло Древней Руси, М., 1948, стр. 769-776; А. Л. Монгайт, Раскопки в Мартириевской паперти Софийского собора в Новгороде. - КСИИМК, 1949, XXIV, стр. 99-104 и прим. 19). Гробница лишена каких-либо украшений, так же как и другие новгородские саркофаги, и любопытна именно своей ладьеобразной формой. Уже эти новгородские саркофаги отличаются от киевских гробниц своей монументальной суровой простотой. Из их декора ушла вся сложная византийская эмблематика.

Но особенно отчетливо противостоят аристократичности великокняжеских памятников Киева новгородские и псковские каменные кресты, подлинно демократические знаки, завершающие это различие.

предыдущая главасодержаниеследующая глава



Рейтинг@Mail.ru
© Алексей Злыгостев, подборка материалов, разработка ПО 2001–2017
Разрешается копировать материалы проекта (но не более 20 страниц) с указанием источника:
http://sculpture.artyx.ru "Скульптура"